- Да вот "Нимфа"!.. Их три семейства с одной торговлишки живут. Уже у
них и материал не тот, и отделка похуже, и кисть жидкая, туды ее в ка-
чель. А я - фирма старая. Основан в 1907 году. У меня гроб, как огурчик,
отборный, на любителя...
- Ты что же это, с ума сошел? - кротко спросил Ипполит Матвеевич и
двинулся к выходу. - Обалдеешь ты среди своих гробов.
Безенчук предупредительно распахнул дверь, пропустил Ипполита Матвее-
вича вперед, а сам увязался за ним, дрожа как бы от нетерпения.
- Еще когда "Милости просим" были, тогда верно. Против ихнего глазе-
ту* ни одна фирма, даже в самой Твери, выстоять не могла*, туды ее в ка-
чель. А теперь, прямо скажу, - лучше моего товару нет. И не ищите даже.
Ипполит Матвеевич с гневом обернулся, посмотрел секунду на Безенчука
довольно сердито и зашагал несколько быстрее. Хотя никаких неприятностей
по службе с ним сегодня не произошло, но почувствовал он себя довольно
гадостно.
Трое владельцев "Нимфы" стояли у своего заведения в тех же позах, в
каких Ипполит Матвеевич оставил их утром. Казалось, с тех пор они не
сказали друг другу и мезонин. Большая
комната мезонина была разрезана фанерными перегородками на длинные лом-
ти, в два аршина ширины каждый. Комнаты были похожи на ученические пена-
лы, с тем только отличием, что, кроме карандашей и ручек, здесь были лю-
ди и примусы.
иап